Кем быть? Часть 4

Есть ли связь между написанием собственной музыки и аранжировок и созданием нового языка? Знает настоящий маэстро своего дела — Евгения Петерс, выпуск 2015

— На ОТиПЛе я оказалась по воле случая. В систему образования как раз только внедрили систему единого государственного экзамена, и все выпускники как ошалевшие бегали по учебным заведениям, подавая заявления туда, где принимают тот или иной результат так называемого ЕГЭ, а не куда «душа стремится». Что же до моей души, то она в тот момент не стремилась никуда, потому что было решено, что получение высшего образования — именно то, что сделает меня и моих родителей спокойными и уверенными в завтрашнем дне. Ведь путь музыканта, который мне ввиду определённых способностей пророчили мои педагоги, коллеги и друзья, «тернист, полон непредсказуемости и материально неустойчив». И так вышло, что я имела отличные баллы по русскому, английскому и математике и написала вступительный по английскому тоже неплохо. Когда мне позвонили и сказали, что я прошла, я не поверила, что такое может быть. Учиться в «лучшем вузе страны» мечтает каждый, берут туда самых достойных, а звонят мне, ну и ну! То ли это судьба, то ли ирония, но потом в жизни у меня было предостаточно таких случаев, когда мне казалось, что не может такого быть, сейчас все точно узнают, что я — это всего лишь я, и передумают! (Именно в таком состоянии я однажды пребывала на сцене БЗК им. Чайковского.)

Peters-cut.png

Peters2.jpg

Ну, вернёмся к поступлению. Дальше все было как в тумане... переезд в Москву, новая жизнь, тяжелая для меня учеба. В отличие от подавляющего большинства своих одногруппников, я до этого никогда не сталкивалась ни с чем, что имело бы отношение к лингвистике. Кажется, я прочувствовала по-настоящему все эти «означаемые» и «означающие», уже закончив вуз (шучу, но не без доли правды). Все годы учебы я ощущала себя не на своём месте и пыталась «влиться» в коллектив, чего так и не вышло. Единственное, что мне действительно нравилось и даже получалось, — это изучение иностранных языков, вот это была настоящая отдушина! Но несмотря на сложности в обучении, все те знания, что нам методично закладывали в голову, сработали на каком-то глубинном уровне понимания языка, и сейчас, по прошествии уже 5 лет после окончания, я часто ловлю себя на мысли, что лингвистика до сих пор со мной, мне интересно все, что связано с тем, как язык функционирует, я это вижу и задаю себе вопросы, ответы на которые интересно находить или не находить.

Что же касается моей дальнейшей судьбы, то после окончания вуза я, поняв, что долг «нормального» образования выплачен, начала готовиться к поступлению в музыкальный колледж. Достаточно за несколько лет потеряв форму и оказавшись на одной ступени с ребятами, которые пришли сразу после 9 класса, пришлось опять начинать все заново. Многочасовые занятия, освоение новой программы по классике и попытки понять основы джаза — год я готовилась к поступлению. Но тут-то у меня был основательный бэкграунд из прошлого, поэтому все усилия окупились с лихвой. Снова в моей жизни появились регулярные занятия с замечательными педагогами, выступления, участия и победы в конкурсах и фестивалях, полноценная творческая интересная жизнь, полная изучения неизведанного того, что действительно увлекает. За годы учебы в колледже я смогла достигнуть определенного уровня профессионализма, который позволил мне работать в разных музыкальных направлениях: концертмейстером и преподавателем, артистом оркестра, аранжировщиком, сольным исполнителем и руководителем собственного коллектива.

Музыка, которой я теперь посвятила себя полностью, — это ведь тот же язык, который имеет свои законы, структуру, уровни, диалекты и т.д. Теперь мне интересно написание своей собственной музыки и аранжировок, а это сопоставимо с написанием текстов, переводами с иностранных языков и, собственно, созданием нового языка. В общем, все, что произошло, абсолютно точно повлияло на мое мышление, восприятие и интересы и пошло во благо, такой опыт никогда не забудешь. Интересно, что будет дальше!

Как «детская» подработка выросла во взрослые проекты для школьников? Учит учиться Ксения Патрикеева, выпуск ОТиПЛ 2019.

— Еще перед началом учебы на ОТиПЛе я предполагала, что мой первый опыт работы будет связан с преподаванием, ведь подработка в качестве репетитора очень распространена среди студентов. Так и случилось — на втором курсе я нашла себе первых учеников, которых подтягивала по школьной программе и готовила к ОГЭ и ЕГЭ. Возможно, репетиторство так бы и осталось моей «детской» подработкой, которой оно являлось для многих моих знакомых студентов, но в начале третьего курса меня пригласили работать в АПО — Ассоциацию победителей олимпиад, которая на тот момент только начинала свою деятельность. Этот проект очень заинтересовал меня своим подходом к преподаванию: вести кружки по подготовке к олимпиадам в школах приглашали студентов топовых вузов, которые в свое время сами были победителями и призерами олимпиад — так образовалось уникальное сообщество бывших и будущих олимпиадников.

Ksenia2.jpg

Ksenia3-small.png

Вообще на ОТиПЛ я поступила исключительно благодаря ВСОШ по русскому языку — именно там я узнала о существовании отделения, где в расписании наряду с парами иностранных языков можно встретить математику и программирование. Учитывая, что в школе я любила и точные науки, и языки, совершенно не понимала, куда поступать, и хотела подавать документы то на ФИЯР, то на ВМК, возможность поступить на ОТиПЛ, да еще и без экзаменов, стала для меня настоящим чудом.

В своей работе в АПО я использовала не только собственный олимпиадный опыт, но и знания, которые параллельно с работой получала в университете. Работала и работаю я на кафедре русского языка, но моим любимым проектом в АПО является выездная школа по лингвистике, которую я разработала, опираясь именно на опыт и знания, полученные на парах в универе.

Закончив бакалавриат, я начала задумываться над поиском стабильной «взрослой» работы, потому что мне казалось, что преподавание без педагогического образования не может выходить за рамки подработки. На тот момент у меня уже появилось ощущение, что работать я хочу именно в сфере образования, и вселенная меня услышала — в чат курса (отдельное спасибо ОТиПЛу за нетворкинг) кто-то скинул вакансию специалиста по онлайн-обучению в школе «Летово», где сейчас работает мой однокурсник Миша Грабарник. Узнав, что я выпускница ОТиПЛа, меня довольно быстро и без лишних формальностей пригласили на работу, но история эта если не печальная, то по крайней мере очень поучительная. В офисе Летово я проработала весьма недолго, поскольку уже с первых моментов работы поняла, что меня тянет обратно в преподавание. До сих пор помню свою первую планерку в офисе по соседству с кабинетом русского языка — вместо того, чтобы слушать коллег, я отчаянно завидовала учителю, который рассказывал детям что-то очень интересное. Мораль этой истории: слушайте себя и свое сердце, не ведитесь на стереотипы о взрослой стабильной работе по графику 5/2 с записью в трудовой книжке, если вам это не близко.

Ksenia5-cut.png

Ksenia4-cut.png

Сейчас я продолжаю преподавать русский язык и лингвистику, работая сразу в нескольких проектах. Помимо АПО я сотрудничаю с несколькими школами и, конечно, с Центром педагогического мастерства, который для меня стал олимпиадной alma mater; также веду несколько групп по подготовке к экзаменам и, конечно, занимаюсь репетиторством. В моей работе мне больше всего нравится разнообразие и возможность творчества и участия в различных проектах. Например, недавно меня пригласили читать лекцию в летнюю школу МФТИ — при подготовке очень пригодились знания, полученные на парах А. А. Сорокина. Да и вообще в преподавании олимпиадного русского языка и лингвистики я настолько активно использую знания, полученные на ОТиПЛе, что иногда даже язык не поворачивается сказать, что я работаю не по специальности. В заключение скажу, что ОТиПЛ в первую очередь учит учиться. Даже если вы не решили, кем хотите стать, когда вырастете, или точно знаете, что не будете работать по специальности, навыки, полученные на отделении, умение обрабатывать огромное количество информации и выполнять глобальные задачи за день до дедлайна помогут вам стать отличным специалистом в любой области ❤

От лингвистических экспедиций до работы в “Большом яблоке”. В поисках ответа на вопрос “Кем быть?” исследование проводит Алёна Аксёнова, выпуск ОТиПЛ 2015.

— За всё время, проведённое в школе, я так и не поняла, на кого хочу учиться, поэтому пришлось решать в последний момент. Надеялась подаваться на ВМК, но предварительные результаты по физике показали, что получить проходной балл было очень мало шансов. И тут я вспомнила, что всю жизнь любила заниматься паззлами и головоломками, а среди них, конечно же, лингвистические задачки на системы письма, согласовательные классы и странные синтаксические закономерности. Так я в конце лета 2010-го года оказалась на ОТиПЛе и даже умудрилась там застать легендарного А.Е. Кибрика.

После поступления, вопрос "Кем быть?" мне приходил в голову много раз, и каждый раз я отвечала на него по-разному. Поэтому я не спешила на него отвечать, а пока пыталась просто узнать больше интересных вещей про язык, про связанные с ним области, ну и пережить экзаменационные сессии. Летом я ездила в татарские, балкарские и бурятские экспедиции с С.Г. Татевосовым, где мы собирали и анализировали данные, наслаждались природой и были глубоко погружены в разнообразие активной экспедиционной жизни. Из предметов, я больше всего любила синтаксис и фонетику, когда её вела Л.В. Златоустова. Любовь Владимировна всегда была восхитительна, объясняла про волны и спектрограммы не через сухую физику или IPA, а на примере общения дельфинов, через истории про распознавание речи и рассказы про первые фонетические эксперименты. Мы были последними, кого она успела обучить... Тогда же меня больше всего поразил синтаксис, потому что в нём было очень много головоломок, так как любая синтаксическая конструкция - это часть одной большой головоломки, зовущейся универсальной грамматикой. В итоге, я написала дипломную работу с Е.А. Лютиковой про синтаксис отрицательных конструкций в Бурятском языке.

Alena.jpg

Летом перед последним моим годом на ОТиПЛе надо было всё-таки решать, кем быть. В тот момент я занималась в летней лингвистической школе Джона Бейлина, где мы с Мариной Ермолаевой в свободное время работали над парсером для Турецкого языка. В какой-то момент Джон Бейлин сказал: "Если ты хочешь заниматься компьютерной лингвистикой, почему бы тебе не податься в аспирантуру в Стони Брук (Stony Brook University)? К нам недавно пришёл работать Томас Граф, вам будет о чём поговорить!" До этого разговора я даже не думала идти в аспирантуру, но Джон Бейлин открыл мне неожиданную и интригующую перспективу. Так летом 2015-го года я оказалась на Лонг Айленде, штат Нью Йорк.

Alena2-small.png

На отделении лингвистики в Стони Бруке потрясающая атмосфера. Это небольшое отделение, примерно 25 Ph.D. студентов и около 10 преподавателей. Такая своеобразная лаборатория, где примерно треть людей занимается компьютерной и математической лингвистикой. Мы с Томасом работали над определением сложности языковых конструкций. Почему в русском и "после-завтра", и "после-после-завтра" можно сказать, а в Илоканском "ka-bigat-an" можно, а "ka-ka-bigat-an-an" уже нельзя, хотя значило бы это одни и те же вещи? А потому что морфотактика не контекстно-свободная. Мы занимались моделированием и фонологии, и морфологии, и даже синтаксиса.

Alena3.jpg

Вопрос "Кем быть?" опять начал меня настигать. К середине аспирантуры я поняла, что не хочу оставаться в академии, и начала думать, что делать дальше. В свободное от веселья и отдыха время я решала задачки с соревнований по программированию и в какой-то момент получила “инвайт” на Google foobar challenge. Это привело к тому, что мне назначили интервью на позицию Software Engineering Intern. Интервью я прошла со скрипом, поэтому моё резюме отправили на лингвистические позиции, и в итоге летом 2019-го года я уехала в солнечную Калифорнию на лингвистическую практику, а потом получила приглашение на работу.

В апреле 2020-го года я дописала диссертацию про автоматическое моделирование лингвистических зависимостей. Защита была необычной: онлайн, из-за коронавируса, и поздно вечером, потому что один из членов комиссии подключался из Токио. Через несколько недель после защиты я, не выходя из комнаты, "вышла на работу", а, точнее, просто получила посылку с компьютером из Google. Так начался новый этап моей жизни. Сейчас я занимаюсь распознаванием речи, и каждый раз, когда вижу спектрограмму, вспоминаю лекции Л.В. Златоустовой и другие любимые моменты из жизни ОТиПЛа. На вопрос "Кем быть?", честно вам скажу, я так и не ответила.

Alena4.jpg

Защита диссертации

Случайности не случайны, и в этом нас убеждает Лилит Арсенян, выпуск ОТиПЛ 2018.

— Не знаю, как вы искали себе будущую профессию в школе, но я просто открывала биографии своих кумиров в Википедии и смотрела, в каком университете они учились, чтобы пойти туда и, конечно же, повторить их успех. Перечитав десяток таких историй поняла, что большинство работали не по специальности, а некоторых вообще не приняли в университет по их специальности или выгнали за бездарность. Тогда я решила, что не буду выбирать факультет, ориентируясь на профессию, а просто хочу найти что-то интересное. Just for fun!

Каждая армянская семья, переехавшая в Россию, мечтает о том, чтобы их ребенок учился в МГУ (с русского на армянский переводится как «Ломоносов»). Другие варианты даже не рассматриваются. Об ОТиПЛе я узнала от Надежды Михайловны, своего репетитора по литературе, и подумала «почему бы и нет?». Стыдно сейчас признаваться, но август 2014-го я провела с прекрасными мечтами о том, как через пару лет после выпуска я буду работать в Яндекс или Google и буду просто невероятным гением. Мне казалось, что с поступлением на кафедру знания будут вариться в моей голове, как каша в горшочке из сказки братьев Гримм. На первом курсе я поняла, что моя голова не переваривает математику, а на четвертом убедилась, что для научной деятельности я недостаточно усидчивая. Мне просто очень повезло, что моими научными руководителями были Ксюшенька (лаборант кафедры — прим. ред.) и Владимир Александрович, которые поддерживали меня в эти трудные и прекрасные времена :) Наши с Ксюшей коллажи с подготовок хэндаута к защите или последний абзац из отзыва Олега Игоревича вообще достойны того, чтобы поставить их в рамочку.

Позавидовав немного своим однокурсникам, которые за эти четыре года полюбили лингвистику окончательно и бесповоротно, я пошла дальше искать свое «призвание». Поставила только одно ограничение — моя будущая работа должна приносить пользу людям. На этом шаге сразу отсеялись все высокооплачиваемые (шутка).

Lilit.jpg

Через несколько месяцев проб и ошибок ряд событий привел к тому, что я узнала о профессии UX/UI дизайнер (по-простому — веб-дизайнер или дизайнер интерфейсов). UX расшифровывается как User Experience. То есть дизайнер, проектируя сайт, должен подумать о пользовательском опыте. Насколько удобным будет взаимодействие с интерфейсом, сможет ли он легко и быстро найти нужную информацию и так далее (например, все мы можем согласиться, что UX Фейсбука довольно плох). UI — User Interface — это про внешний вид интерфейса, больше про красоту и стиль. Конечно, это всё образное деление на «красоту» и «удобство», на самом деле всё очень тесно взаимосвязано.

Прочитала несколько статей про это вот всё и поняла, что хочу стать дизайнером. Посмотрела пару видео-уроков по Фотошопу и, воспользовавшись тем, что даже после выпуска числюсь в редколлегии паблика ОТиПЛа, предложила ребятам сделать карточки про летнюю школу и поступление на кафедру. Можно сказать, что они стали моими первыми клиентами.

Самообразование довольно медленный процесс и требует дисциплины, поэтому я решила пройти трехмесячный онлайн курс по UX/UI дизайну. Потом я прошла отбор на стажировку в дизайн-студию AIC, которая занимается разработкой сложных сервисных интерфейсов для крупных финансовых и промышленных компаний. Успешно защитила финальный проект, и после стажировки меня взяли на должность младшего дизайнера.

Я это всё к тому, что хоть сейчас я и не работаю по специальности, знаю точно, что не оказалась бы там, где сейчас есть, если бы в мае 2014 года Надежда Михайловна не рассказала мне о существовании маленькой кафедры теоретической и прикладной лингвистики. Потому что everything is connected.

Как любовь к прошлому языка может помочь обрести будущую работу? О своем настоящем — Евгения Будённая, кандидат филологических наук, выпуск 2013.

— С самого начала я шла на ОТиПЛ в первую очередь потому, что мне казалось, — именно после этого отделения можно работать в любой сфере. Очень привлекало сочетание мощной лингвистической программы вместе с математикой и программированием. С детства я обожала копаться в языковых тонкостях и читать про древние письменности, а математику любила за точность и лаконичность. В этом был и некоторый практический аспект: хотя литература у меня тоже шла неплохо, писать мало у меня не получалось, и из-за этого на написание как всегда гигантских сочинений у меня уходило просто огромное количество времени. Математика с ее точными рамками в какой-то момент лично для меня стала настоящим спасением 
</div><div class=

Eugenia.jpg

Учиться на ОТиПЛе мне нравилось, но относительно своего будущего места работы у меня довольно долго были размытые перспективы. Сейчас, по прошествии времени, мне кажется, что мне нравилась именно сама наука — заглядывать в прошлое языка, исследовать, как языки развиваются и взаимодействуют; но как к работе я пришла к этому не сразу. Я занималась переводами с английского, на втором и третьем курсах участвовала в проекте по тестированию морфологических и синтаксических парсеров разных лингвистических компаний, а на последних курсах увлеклась французским языком — хотя он был у меня вторым, на ОТиПЛе его, как и, кстати, почти все остальные языки, преподавали отлично, и я поступила на историческое отделение французского университетского колледжа при МГУ (Collège Universitaire Français), параллельно сдав экзамен DALF C1. Но уже учась там, я чувствовала, что влечет меня в первую очередь именно лингвистика и те ее области, которые на стыке с историей, а не история в чистом виде. Так я решилась пойти в аспирантуру, во время которой мой руководитель Андрей Александрович Кибрик предложил мне перейти к нему в Институт языкознания, в сектор ареальной лингвистики.

Eugenia2.jpg

Там для меня настоящим открытием стало то, что можно заниматься диахроническими исследованиями языков балтийского ареала (это была первая тема, которая меня по-настоящему увлекла именно как объект научного исследования) и выигрывать с ними заявки на крупные денежные гранты. Вообще, я считаю, что мне сильно повезло с научным руководителем — именно Андрей Александрович предложил мне поучаствовать в моих первых конференциях, где я познакомилась со многими будущими коллегами, а также стать соисполнителем нескольких грантов РФФИ по дискурсу, куда мои исследования вписались как диахронический аспект. Со своей обширной балто-славяно-германской темой — именно она дала мне мощный старт в научную жизнь — я ездила на разные конференции в Питере и Москве, в Германии, Норвегии и Литве, и этот кипучий научный круговорот стал меня по-настоящему захватывать. Очень подкупало неизменно доброжелательное отношение старших коллег и возможность вести дискуссии на равных.

Параллельно с написанием диссертации я стала одним из участников большого проекта по мультимодальной коммуникации (рук. А. А. Кибрик). Этот проект посвящен изучению языка во всем его многообразии (речь, жесты рук и головы, движения глаз, позы тела и т.д.) и по количеству размечаемых каналов коммуникации и точности записи не имеет аналогов в мире. Вместе с Юлией Николаевой и Александрой Евдокимовой я занимаюсь изучением того, как выбор конкретного языкового выражения связан с сопутствующими жестами рук и головы, а также руковожу техническими работами по подготовке самого корпуса. Хотя эта тема не связана напрямую с моей диссертацией, в ходе работы над ней мне очень пригодились знания с курса автоматической обработки естественного языка, или автобреи, как мы ее называли на ОТиПЛе.

Eugenia4.jpg

А в 2019 году я начала работать в Высшей школе экономики по программе привлечения российских постдоков, под руководством Анны Феликсовны Литвиной. Здесь я где продолжаю свои диахронические исследования по славяно-германской тематике (но уже в другой области), а также преподаю французский язык. Мне очень давно хотелось совместить эти две области, которыми я в разных местах занималась раньше, и, кажется, мне это наконец удалось.

В целом я считаю, что именно ОТиПЛ, помимо собственно крутой лингвистической базы, заразил меня этой общей увлеченностью и уверенностью перед новыми начинаниями. 

        <div class=

Eugenia3.jpg

Eugenia5.jpg

Заключительный рассказ рубрики #ОТиПЛ_кем_быть о «преодолении барьера» между математическим и гуманитарным и о научной точности. Слово Анастасии Ципенко, выпуск ОТиПЛ 2011.

— Я окончила ОТиПЛ в 2011 году с красным дипломом и уверена, что это лучшее образование для моей нынешней профессии: я школьный учитель и вот уже семь лет преподаю русский язык, литературу - и не только, о, не только. Для меня многое оказалось очень полезным в работе: и музыкальная школа, и более двадцати лет занятий танцами, и семь лет в труппе театра-студии «Lege Artis», и ролевые игры живого действия… Но всё это я воспринимаю просто как разные языки, позволяющие говорить с детьми о самом главном. Метафора языков – ключевая для моего восприятия мира.

Anastasia.jpg

Уже в личном дневничке, который я вела в третьем классе, есть такая запись: «Хочу стать учителем». Моя мама – учитель-словесник, а я, так сказать, продолжатель династии (хотя мама подобной судьбы для меня как раз и не хотела). Однако уже в старших классах школы я начала испытывать огромное раздражение, когда разговор о книгах вырождался в «болтологию» и переставал быть наукой – тогда как все мои замечательные педагоги воспитывали меня на «Анализе художественного текста» Юрия Михайловича Лотмана и учили искать структуры и работать со словами, а не скатываться в рассуждения на уровне «нравится/не нравится» или в спекуляции о том, «что хотел сказать автор», без учёта историко-культурного контекста. Я хотела яснее понимать, как работает язык, и после гуманитарного лицея пошла сдавать математику, чтобы попасть в лингвисты…

Благодаря ОТиПЛу я могу развеять у родителей учеников такие представления, как «мой ребенок – технарь, поэтому русский/литература ему не даётся». Всё даётся, если показывать систему и структуру. Всё интересно, если показывать, как это применяется в жизни. Свой успех как учителя литературы я объясняю именно своим образованием: филологическим в школе, лингвистическим в университете.


Благодаря ОТиПЛу я могу легко проводить параллели между разными языками. Я могу строить уроки русского языка в формате решения самодостаточных (по терминологии А.А. Зализняка) лингвистических задач и побуждать детей самостоятельно искать закономерности, работать с фактами, делать наблюдения и анализировать их. Благодаря традиционно сильному преподаванию языков на родной кафедре я могу строить уроки на сравнении оригинала и переводов, например, сонетов Шекспира и наглядно демонстрировать, что такое «непереводимость грамматики», «несовпадение объёмов значений слов», прагматика… И тогда потихоньку формируется понимание, какую роль играет в культурной жизни талантливый перевод знаковых литературных произведений.

Anastasia 4.jpg

Anastasia 5.jpg

Благодаря ОТиПЛу я могу показывать детям, в каких наисовременнейших областях могут пригодиться лингвистические знания. Благодаря ОТиПЛу я свободно говорю с физматом о фонетике, с инфотехом – об автоматической обработке текста, с биохимом – о процессах порождения и восприятия речи, роли внимания и памяти. И со всеми – обо всём, в частности, о «преодолении барьера» между математическим и гуманитарным и о научной точности, вспоминая работы Владимира Андреевича Успенского. Моя мечта – способствовать тому, чтобы лингвистические знания заняли положенное им место в школьном образовании (язык и тексты касаются всех!), и я на своём месте делаю для этого то, что могу.

Anastasia 3.jpg

Anastasia 7.jpg

(И, конечно, бывает забавно под взглядами смотрящих со стен портретов Шекспира, Пушкина и Блока объяснить, что такое производная и как формулируется гипотеза Пуанкаре. Спасибо, Владимир Андреевич).

Но ОТиПЛ для меня – это не только фундаментальные знания в области теории языка и не только прикладные навыки, с языками связанные. ОТиПЛ – это атмосфера творческого научного поиска, это оазис, где ценят свободу мысли и острый ум. То, что должно быть, на мой взгляд, частью школьной жизни! ОТиПЛ - это любимые профессора, которые личным примером показывают, что значит быть настоящим ученым и стремиться к достижению научной истины. Преподавателей-«отиплян» всегда, на мой взгляд, отличала благосклонность к студентам-спорщикам: потому что неважно, сколько тебе лет и каким авторитетам ты противоречишь, если высказываешь интересные мысли и можешь их обосновать. Но и требовательность выше: стыдно не думать, стыдно не учиться. А задавать вопросы и находить, в чем ошибся преподаватель, не стыдно: наоборот – почётно. Так что ОТиПЛ – это люди, на которых я равняюсь как учитель и как человек и с которыми хочу знакомить своих учеников (я успела свозить гуманитарную группу на лекцию Андрея Анатольевича!). Нельзя убрать из образовательного процесса Человека, Личность учителя, как бы это ни старались сделать.

Anastasia 6.jpg

Последние новости
30 сент. 2017 г., 13:54
Видеозапись лекции Елены Викторовны Падучевой.
15 сент. 2017 г., 20:14
Десант ОТиПЛа на SLE-2017 рассказывает рассказы.
11 сент. 2017 г., 21:07
Впечатления новичков бурятской экспедиции (и много фотографий).